Новости музея
15.11.2017 18:15:00 Расплескалась синева по погонам 15 ноября, во Всероссийский день призывника, в Музее воздушно-десантных войск «Крылатая гвардия» прошло торжественное...
14.11.2017 17:45:00 Всероссийская акция, посвященная 110-летию Императорского Русского военно-исторического общества 17 ноября 2017 года пройдет всероссийская акция, посвященная 110-летию Императорского Русского военно-исторического общества. В...
Все новости нашего музея
Наше творчество
Солдаты ВДВ -1
Прыжок с ИЛ-76 - Игорь Косарев.mp3
Все творчество
Мы в cоциальных сетях
ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter Youtube Instagram Google +

Отзывы о нас на Flamp Отзывы о нас на Tripadvisor



К 75-летию Битвы за Кавказ и Майкопской парашютно-десантной операции 1942 года моряков-черноморцев. Воспоминания участников


с 22 октября 2017
Назад к списку

В ночь с 23 на 24 октября 1942 года для уничтожения фашистских самолетов, базирующихся на аэродроме, который находился на северной окраине Майкопа, был выброшен отряд парашютно-десантной роты военно-воздушных сил Черноморского флота (ВВС ЧФ).

Вашему вниманию предлагаем воспоминания трёх участников операции, которые были опубликованы в книге историка-краеведа И. Бормотова «В боях за Майкоп. Крах операции «Эдельвейс».

Воспоминания Десятникова А. П. (Н)

При подготовке Майкопского десанта 23 октября 1942 года, непосредственно мне лично пришлось заниматься разработкой плана десанта на г. Майкоп, временно занятого фашистами, и нести полную ответственность за его разработку.

Перед выброской десанта на Майкоп, прилегающие к нему территории, в том числе и железнодорожная станция Майкоп, были обработаны советскими бомбардировщиками.

Выброска моряков-десантников ВВС ЧФ осуществлялась с двух самолётов «ПС-84» и «ТБ-3».

Количество моряков-десантников ВВС ЧФ было 38 бойцов, а также 2 проводника-партизана от Южного штаба партизанских отрядов. Общее число десантников было 40 бойцов.

По самолётам «ПС-84» и «ТБ-3» десантники распределялись следующим образом: Самолёт «ПС-84». Командир – капитан Малиновский Павел Иванович. Самолёт принял на борт 18 моряков-десантников ВВС ЧФ. Ответственным за выброску этой группы был Орлов М.А., командир десантной роты особого назначения. Он находился на самолёте и руководил выброской своей десантной группы на Майкоп 23.10.42 г.

Самолёт «ТБ-3». Командир – капитан Гаврилов Серафим Петрович. Самолёт принял на борт 20 моряков-десантников и 2 проводника-партизана Южного штаба партизанского движения. Ответственным за выброску этой группы десантников на аэродром Майкоп назначили заместителя командира особой десантной роты ВВС ЧФ Десятникова Александра Петровича, т.е. меня.

На подходе к вражескому аэродрому Майкоп, 23.10.1942 года в бак самолёта ТБ-3 попал вражеский зенитный снаряд, самолет загорелся. Хлестал горящий бензин. Люки в самолёте были заклинены.

В тяжелейших условиях пришлось выбрасываться десантникам, освобождая заклиненные выходные люки и прыгая в освещенное небо над Майкопом. Некоторые десантники, облитые горящим бензином, горели в воздухе. Многие, вступившие в бой, на аэродроме были обожжены горящим бензином.

Пролетая над аэродромом Майкопа, наш самолёт подвергся зенитно-пулемётному и ружейному обстрелу. Снаряд попал в левую плоскость и взорвался. Вблизи сидящие десантники несколько человек сразу погибли. Был пробит бензобак. Из пробоины вытекал бензин и, путем завихрения, попадал в фюзеляж. Почему-то два парашюта у десантников оказались раскрытыми и закрыли бомболюк. С трудом удалось протолкнуть десантников вниз. С самолета я выпрыгнул последним.

На земле, откинув лямки парашюта, я натолкнулся на командира экипажа капитана Гаврилова. Меня он окликнул сам. Его нельзя было узнать. Лицо обгорело и распухло. Но обгорелые руки его держали пистолет. Кожанка на нем горела и морщилась. Я с трудом ее снял с него вместе с кожей обгорелых рук.

Щербаков лежал на поле. Я засунул руку под комбинезон на груди. Рука оказалась в крови. Он был мертв. Я взял его автомат и боекомплект, так как вооружения, кроме пистолета, не имел. После этого присоединился к десантникам Муравьеву, Павленко, Гульнику и Львову, которые вели бой с охраной противника.

Через непродолжительное время боя и уничтожения вражеских самолётов на аэродроме зеленые ракеты известили о том, что командир майкопского десанта 23.10.1942 г. старшина Соловьев Павел Михайлович дал команду отхода с поля боя Майкопского аэродрома к линии фронта, в сторону юго-восточных садов и далее перехода в село Хамышки (Алексеевское).

Отходили десантники с боем, разрозненными группами, отстреливаясь от наседавших фашистов. Наша группа состояла из семи бойцов. Образовалась она следующим образом. В начале боя и уничтожения фашистских самолётов наша боевая группа состояла из трёх человек: капитана Десятникова А.П., Муравьева В.М. и Павленко П.Н. Затем к нам присоединился командир самолета ТБ-3 Гаврилов С.П. с обожжённым лицом и руками, полуслепой от ожогов. Теперь мы в вчетвером стали пробиваться к лесу. На пути к лесу нам встретилась еще одна группа наших десантников в составе Львова С.К., Гульника В.Л., Прощаева А.Д. Нас стало семеро. Углубившись в лес, наша группа на второй день вышла на партизанский отряд под станицей Ярославской, который не смог нас принять, т.к. у них не было врача, и они срочно готовились к перебазированию. Нас принял партизанский отряд города Майкопа «Народные мстители», командир - Козлов Стефан Яковлевич.

Воспоминания Павленко П. Н.

В ночь с 23 на 24 октября 1942 года в 23 часа 33 минуты на самолете «ТБ-3» под командованием капитана Десятникова, я был выброшен на Майкопский аэродром в качестве парашютиста-десантника.

При подлете к месту высадки наш самолет был подбит и охвачен пламенем. Пламя проникало вовнутрь самолета через лаз, в который мы должны были выбрасываться. Командир пятерки Типер прыгнул первым. Облитый бензином из пробитого бензобака Малышкин Саша загорелся, и у него стал раскрываться парашют в самолете. Скомкав парашют, я помог Малышкину протолкнуться через лаз. Парашют Малышкина раскрылся. Я выпрыгнул за ним и попал на купол его парашюта, затем скатился с купола его парашюта и открыл свой парашют. Когда я посмотрел в сторону Малышкина, то увидел, что тело его горело. Затем загорелись стропы, парашют принял грибообразное состояние и полетел в сторону. Малышкин огненным факелом полетел вниз. В это время я увидел столб огня. Это рухнул наш самолёт на землю.

Когда я начал снижаться, то попал в щупальца трех прожекторов и видел, как по куполу моего парашюта прошли зенитные огненные трассы, и на куполе образовались 4 пробоины диаметром 50 см. После чего я решил скользить, для того, чтобы увеличить скорость снижения и уйти из-под зенитного огня.

При достижении земли я встретился с Муравьевым, Львовым, Гульником, Прощаевым, капитанами Десятниковым и Гавриловым, и мы приступили к выполнению задания командования. Наткнувшись на огневую точку противника, Муравьев короткой очередью с автомата вынудил ее замолчать.

Мы обнаружили тяжело стонущего Александра Щербакова, у которого были перебиты обе ноги, а также кисти обеих рук, кроме этого было ранение в грудь.

Наша группа должна была уничтожать самолеты врага, а получилось так что пришлось выполнять роль группы прикрытия и уничтожать охрану аэродрома. Ведя бой с охраной аэродрома, мы попали в кольцо окружения. С боем и перестрелкой, по приказу капитана Десятникова, мы прорвались из окружения на северо-восток. К аэродрому спешила колонна крытых немецких грузовых автомашин. Это фашисты прислали подкрепление охране аэродрома. По пути уничтожали попадавшие нам линии связи.

На третий день после боя, пробираясь через лес к линии фронта, встретили партизан, которые нас приняли и оказали медицинскую помощь.

Воспоминания Гурома И. З.

Трудно все вспоминать, прошло 38 лет. Наша часть была создана в 1941 году и называлась «группой особого назначения при военном совете Черноморского флота».

Первый десант был высажен около Одессы в тылу немцев. О нем писал Леонид Соболев в сборнике «Морская душа» рассказ «Батальон четверых». В конце 1941 года был высажен второй десант на севере Крыма для уничтожения железнодорожного моста. Там весь десант погиб.

Весной 1942 года набиралась в морской десант новая группа моряков. Она набиралась после каждой боевой операции десанта. Брали только добровольцев. Я тоже пошел добровольцем.

Учили нас на диверсантов добросовестно. Физподготовка, самбо, броски, рукопашный бой, уничтожение бронетехники врага, прыжки с парашютом, изучение оружия врага, минирование и подрывное дело и т.п.

В сентябре месяце начали нас готовить к десанту по уничтожению немецкого аэродрома в Майкопе. В начале октября 1942 года к нам поступили автоматы ППД из 18-й армии. Автоматы изрядно потрепанные, плохо стреляли, заедали патроны. В то время кто новое даст? Оружия не хватало. Я отремонтировал свой автомат в артмастерских и помог с ремонтом автоматов товарищам по десанту.

В ночь с 23 на 24 октября 1942 года командование Черноморского флота решило высадить нашу группу на немецкий аэродром в городе Майкопе. Там в это время находилось более полусотни немецких самолетов.

В тот вечер, ставя перед нами задачу, командующий ВВС ЧФ генерал Ермаченков сказал: «Мы посылаем Вас на большой риск, даже на верную смерть, но это необходимо. Самолеты немцев в Майкопе сковали наши аэродромы в Геленджике, Лазаревской и Адлере, нам нужно, чтобы Майкоп не поднял свои самолеты хотя бы несколько дней и это должны сделать Вы. Уничтожайте больше самолетов врага. Думаю, что буду встречать Вас с победой!»

Офицер штаба командующего проработал с нами оперативную таблицу работ десанта. Наша группа была разделена на два отряда по 21-му человеку. Группой командовал старшина Павел Соловьев. Каждый отряд делился на четыре пятерки во главе с командиром пятерки, в которой была карта местности. В задачу первого отряда входило: десантироваться на местности на 5 минут раньше второго отряда, захватить аэродром, выбив охрану, занять оборону аэродрома.

С западной стороны (ст. Ханская, ст. Белореченская) занимает оборону первая пятерка, вторая пятерка, в которую входил и я, занимает оборону юго-западной части аэродрома – она должна контролировать железнодорожный вокзал и подступы с запада вокзала, третья пятерка – юго-восточная часть аэродрома – контролирует вокзал, подступы к нему с восточной стороны, четвертая пятерка контролирует восточную часть аэродрома и дорогу Майкоп–Гиагинская. В таком порядке производилась высадка пятерок с самолета 1, 2, 3, 4.

Прыгали мы с самолета «ПС-84», летчик – капитан Малиновский, высадкой десанта занимался капитан Орлов. Вооружены мы были: автомат ППД, два диска с патронами и триста патронов к ним, шесть гранат РГД, две зажигательные бомбы по 1 кг каждая, нож десантный, десять метров веревки с кошкой на конце для разрушения связи и как средство для переправы через препятствие. Снабжены были стограммовой плиткой шоколада, четырьмястами граммами галет, несколькими пачками папирос, спичками и по фляге спирта.

К сожалению, фляги были стеклянные и некоторые при прыжке побились, металлические достать не смогли. Кроме вышеизложенного, нашей пятерке был дан на вооружение ручной пулемет Дегтярева, пулеметчиком был старшина 2-ой статьи Сотников. У него был вместо автомата пулемет, два диска к нему с патронами (300 патронов) и все остальное. Вторым номером пулеметчика был я. У меня было, кроме описанного вооружения, еще два диска с патронами к пулемету и 300 патронов к ним.

При подходе к Майкопскому аэродрому наш самолет попал в сильный зенитный огонь: это были четырехствольные зенитные пулеметы «Эрликон» и много прожекторов. Все их снаряды и пули были трассирующими, поэтому мы точно установили где, что и сколько.

Когда мы начали высаживаться, немцы перенесли весь зенитный огонь и прожектора на нас, парашютистов, висящих в воздухе. Сколько от этого погибло наших десантников, не знаю, но считаю, что немного, так как каждый из нас представлял движущую мишень.

Немецкий огонь нас сопровождал до земли и на земле продолжали нас расстреливать. Это облегчило нам задачу с занятием аэродрома и обороны. Его охрану мы быстро уничтожили, но со стороны вокзала началось активное действие немцев, поэтому вокзал мы держали под непрерывным огнем.

В это время подошел наш второй самолет с диверсионной группой это был «ТБ-3», летчик – капитан Гаврилов, группу высаживал капитан Десятников. Самолет шел на низкой высоте. Немцы, оставив нас в покое, весь огонь перенесли на «ТБ-3». От прямого попадания снаряда в бензобак самолет загорелся, но высадка десанта началась.

Многие парашютисты выпрыгивали огненными факелами. Особенно мне запомнился один из наших боевых друзей, в котором при раскрытии парашют вспыхнул, а сам десантник, сплошным столбом искр врезался в землю, кто это был, мне установить не удалось.

Самолет «ТБ-3», клюнув носом, врезался в землю, часть десантников и весь экипаж самолета, за исключением летчика Гаврилова, погибли. А в это время на аэродроме начали гореть и рваться немецкие самолеты. Это наш командир – Павел Соловьев, собрав оставшихся диверсантов, начал выполнять задание. Зенитный огонь немцы снова положили на аэродром для расстрела нас, что конечно помогло нам выполнить задание, так как они своим огнем не только уничтожали свои же самолеты, но и взрывами снарядов вспахали свое взлетное поле, которое стало непригодным для взлета и посадки самолетов.

После окончательной операции, а она длилась согласно заданию – 30 минут, Павел Соловьев дал сигнальную ракету отхода и начал выводить группу. Мы своей четверкой (командир нашей пятерки не выпрыгнул с самолета и был вывезен назад, наказан по законам военного времени) в составе: Грунского Ивана, Сотникова Николая, Гирко Николая и Гурома Ивана также начали отход с боем. Нам и первой пятерке предстояло перейти весь аэродром с запада на восток. Но аэродром был уже окружен немцами. С боем прорвав окружение, мы вышли на поселок Восточные сады. Через него и в лес, так нам был запланирован отход.

Пройдя поселок, были задержаны огнем немецкой части, расположенной на высотке между Восточными садами и Армянским хутором, здесь было немецкое бензохранилище и другие склады. Позиция наша была невыгодной, т.к. мы были у подножия высотки, на которой располагались немцы. Это было поле и ясная лунная ночь.

С боем начали отход вправо в сторону станицы Тульской. Там виднелся лес. Километра через два мы вошли в лес.

Лесом шли до 11 часов дня 24 октября. На привале сориентировались по компасу и солнцу. Установили, что отклонялись на восток, взяв примерное направление, пошли на юго-запад и начали блудить. Три раза выходили на станицу Тульскую и потеряли три дня. Вокруг лес, и горы из-за чего мы не могли правильно сориентироваться. Потом, видимо, попали на правильное направление, и вышли между станицами Абадзехской и Севастопольской.

Здесь встретили четырех детей лет 10-12 лет: двух мальчиков и двух девочек, пасших коров. Это были: Вера Радомская, Люба Литовкина, Саша Остроухов, Вася Белокобыльский. После войны я их отыскал и в статье «Огненный десант» газеты «Известия» им была вынесена благодарность.

От них мы узнали о местности, благодаря чему правильно сориентировались и через два дня вышли на алебастровые разработки станицы Каменномостской. Там стояло несколько бараков. Вечером двое из нас остались в карауле, а двое зашли в одну из комнат барака, где застали мужчину и женщину лет сорока. С ними была девушка лет двадцати. Девушка хотела сразу уйти, но мы ее не пустили. Хозяин квартиры принял нас за сбитых летчиков, накормил вареной картошкой и рассказал, где и что находится.

После войны узнали, что жители, оказавшие нам помощь, были наказаны фашистами. Девушка, что находилась с ними, была сестрой полицейского и донесла о нас фашистам.

8 ноября мы вышли в Даховскую на линию обороны фашистов и оказались между двух дзотов. Нас окружили фашисты. Только благодаря гранатам и автоматному огню нам удалось прорваться без потерь в лес. Пройдя еще четыре дня, мы вышли к Алексеевской и соединились с нашими войсками. 

Дополнительно:

1. Огненный десант. Специальный репортаж А. Сладкова.

2. История в лицах с Татьяной Дунаевой. Огненный десант 1942 г.


Автор: Храмцов А. В., старший научный сотрудник